Рассказ про тени (часть 2)

Если бы некая неведомая и всемогущая сила предложила бы мне решить мне мои проблемы, выполнив мое единственное и самое заветное желание, я бы знал, чего просить. Я бы остановил часы на восьми вечера. Речь не идет о заморозке течения времени, я не хочу видеть замерших в странных позах людей, не хочу застывшей пелены дождя или снегопада и уж точно не хочу оставаться единственным живым актером в подобии брошенного кукольного театра - нет, я просто хотел бы продлить тот краткий по сравнению с остальным бурным днем момент покоя и вечернего чая. Именно то время, когда усталость, накопившаяся за время бодрствования из-за учебы ли, работы или же просто неясной тоски еще не начинает гнать тебя ко сну; когда по телевизору пускают лучшие программы и истории-сериалы любимых героев получают продолжения, а от ужина остаются его лучшие части в виде десерта. Мне всегда не хватало длительности вечера, я всегда мечтал остановить свою жизнь где-то здесь, именно в той части дня, в которой я чувствовал себя по-настоящему живым и мыслящим, не выполняющим какую-то унылую и монотонную рутину, единственно воспринимаемой мной деятельность проходящих будней. Ведь этот момент, который куда уместнее называть часом, слишком быстро переходит в ночь, которая приносит беспокойство сна и следующее за ним начало нового дня. А пробуждения.. ох, пробуждения ужасны.

После мягких, теплых и нежных сонных грез я почти физически царапался об острые кромки реальности. Воздух воспринимался тяжелым и сухим, свет - излишне ярким, звуки - оглушающе громкими - все чувства оказывались перегружены, после сна все тело от настоящего мира и стонало, соглашаясь признать его только через несколько часов. От пробуждения оставались лишь ужасные воспоминания и легкий страх будущего вечера, за сладкой негой которого вновь последует сон и кошмар яви.

Но сегодняшний день начался иначе, нежели серией грустных попыток встать с кровати в предвкушении очередного бесцветного дня. Я не мог понять, что изменилось, не мог сосредоточиться на самом себе. Попытки возродили воспоминания вчерашнего дня о странной девушке, на лицо которой я не мог взглянуть по той же неясной причине. Понадобилось выйти на улицу и увидеть серое небо Города, чтобы понять, что же со мной "не так"!

Я не чувствовал ни капли усталости.

Более того, я не чувствовал себя так хорошо еще никогда.

Исчезло чувство извечного недосыпа последних лет, боль не домогала голову привычным роем острых игл, утренняя тошнота, частенько мешавшая доесть завтрак и не подступала к горлу.

Но даже не это было странно.

Я не чувствовал и холода.

Сняв перчатку и комкая в руках не успевший пока растаять весенний снег я не верил сам себе - полностью осознавая, что "это снег, и он холодный", я мог описать его как колкий, мокрый, склизкий и противный, но не испытывал никакого желания немедленно бросить его и начать растирать руки, скорее сунуть их в карманы, в тепло и уют, как я бы поступил еще днем раньше. Я бросил куртку, так надоевшую за месяцы зимы на землю, оставшись только в легкой рубашке, подставив тело ветру. Не было никакой разницы. Я прекрасно ощущал температуру, но она не доставляла мне никакого дискомфорта. Солнце вышло из-за серых облаков и я смотрел на него несколько минут, изучая желтые лучи, не моргая и не отводя глаз. Дыхание ловило запахи возрождающейся природы - впервые мой нос не раздражали ранние цветы. На слух попадали звуки множества событий и каждое из них я мог я различить и распознать, тогда как раньше они были для меня просто городским шумом. Все мои чувства вдруг оказались открыты миру, но мир не причинял мне привычной боли. Возможно ли, что мир стал слабее меня?.. Возможно ли, что я вдруг стал сильнее мира?...

Все еще не донца осознавая происходящее, я комкал в руках тающий снег. Движения пальцев были необыкновенно плавными, очень легкими - будто бы я смотрел на очень качественный, прекрасно анимированный рисунок с огромной частотой кадров. Любое движения моментально воплощалось в реальность, создавая впечатление, что это она, реальность движется вслед за пальцами а не они за ней.

Уже не удивляясь, я заметил, что снег стекает с моих рук слишком быстро, и причина этому - слабый, но вполне различимый цветной огонь, который горел в центрах моих ладоней.

Дрожащий, разрывающийся, неровный, но живой: то вспыхивающий, то увядающий, растекающийся вдоль пальцев и падающий в виде капель вниз.

Я хотел бы назвать все происходящее бредом и безумием и любым иным словом, описывающим происходящее как нечто ирреальное, но... как и вчера, у меня было доказательство - все та же карточка-визитка. Короткие строки адреса и названия места - "Клуб Теней". Я никогда прежде не был в той части Города и, возможно, в любое иное время потратил бы немало времени, отыскивая новый для себя адрес на электронных картах, как и путь к нему, но не сегодня. Сегодня я чувствовал в себе силы едва ли не разрушить Город и собрать его заново. Поэтому, со слабым страхом того, что чудесный подарок девушки может не сработать, я закрыл глаза, просто пожелав оказаться в нужном месте.

Музыка к записи
Emilie Autumn - A Strange Device

Рассказ про тени (часть 1)

Выходные дни как-то незаметно вместо дара, которого я всегда ждал с нетерпением, стали настоящим проклятием. Я не запомнил момента, когда привык к повседневной рутине настолько, что в свободные дни, когда-то воспринимавшимся яркими и светлыми, в которые меня переполняла энергия, перестал находить себе занятие. Вместо покоя и желания действовать теперь я чувствовал только тревогу, тоску и скуку, а время, которое мог бы потратить на собственное развитие или творчество, бесцельно расходовал на не несущие смысла прогулки по Городу в поисках той вечерней усталости, которая, быть может, позволит выспаться, чтобы, спустя ночь, я вновь смог вернуться к череде обыденных будничных событий.

Я просто шел по весенней улице, погруженный в собственные мысли. Весна – время возрождения, время оживления и таяния чувств – в Городе была самым ненавистным мне временем года, квинтэссенцией всего противоположного что я знал о красоте. Всюду, куда бы я ни посмотрел, меня преследовал серый цвет. Снег сменил свой цвет с белого на грязно-серый, он был повсюду, лежал грязными мутными комками, пористыми сугробами и плоскими полупрозрачными пластами. Там, где снега уже не было, была обнажена грязь и мусор – гнилые доски, мятые обесцвеченные упаковки, осенние опавшие листья – все, что было скрыто долгой зимой. Талый снег создал множество темных ручьев и луж, в которых отражались черные тучи и беспросветное темное небо. Голые деревья покачивались в такт теплому ветерку, который был единственной причиной продолжать прогулку, а не спрятаться дома, закрыв и занавесив окна.

Я не был уверен в близости моим чувств людей, проходящих мимо. Я не мог знать их мысли или чувствовать их настроения, но я осторожно вглядывался в их лица, невольно подслушивал слишком громкие для личных беседы и пытался угадать. Я не запоминал этих лиц и того, что от них слышал, я не знал имен этих людей и их жизни, все это было мне безразлично, каждый из них был частью городской весны, серой бесформенной тенью, скользящей мимо. Я обычно не замечал их и не никогда не думал о том, что для них я являюсь точно такой же тенью, если вообще существую.

Я вышел на одну из многочисленных площадей Города. Мне нравилось это место – струи фонтана в центре вздымались в воздух с брызгами, которые расплескивали воду по каменной кладке площади, и было неясно, ошибка ли это архитекторов либо их коварный план обливать водой всех, кто вздумает подойти слишком близко. К сожалению, фонтан пока не работал, и, видимо из-за этого тени людей не задерживались на площади, проходя мимо.

На бортике бассейна сидела одетая в легкий спортивный костюм девушка с длинными волосами, собранными в хвост неожиданного фиолетового цвета. Она разглядывала узоры на чаше фонтана и, казалось, не замечала ничего вокруг. Однако стоило мне пройти мимо, как она резко развернулась и остановила меня взглядом разноцветных глаз: голубого и зеленого.

- Как же долго пришлось тебя ждать, - задорно сказала она, снисходительно разглядывая меня сверху вниз, - Есть чем оправдать твой настолько долгий путь?

Я оставил странный вопрос без ответа и стал сосредоточенного изучать ее лицо, пытаясь вспомнить, откуда я знаю ее, ведь каждая черта лица казалось смутно знакомой, но никак не складывалась в портрет, который можно было бы сравнить с теми образами, что хранились у меня в памяти. Узкий разрез глаз, острый нос и тонкие губы, очень легкие черты лица, необычный цвет волос – огромное количество ярких элементов, никак не собирающихся в узнаваемое лицо, мой взгляд словно соскальзывал с нее, сознание отказывалось видеть. Девушка была знакома мне в том странном смысле, когда кажется, что знаешь человека, часто встречался с ним, запомнил его лицо, но никогда ранее не оказывался с ним на расстоянии хотя бы одной фразы.

Чем дольше я вглядывался в незнакомку, тем сильнее вокруг меня менялся мир. Город вокруг неуловимо быстро затих. Я перестал слышать гул машин, чужие голоса и крики птиц из ближайшего парка, шелест ручьев талой воды и скрип деревьев. Облака застыли на небе. Люди остановились. Я достал из кармана монетку и подбросил ее. Монетка зависла полете, едва оторвавшись от моей руки.

Мне хотелось задать множество вопросов, однако в качестве приветствия они не годились. Я перебирал реплики, которыми можно было ответить довольно долго, пока не нашел ту, что, как мне показалось, действительно являлась правильным ответом.

- Мне было некуда спешить, - сказал я.

Остановившая время девушка улыбнулась, опустила руку, увешанную плетеными из ниток и проволоки браслетов, в карман и достала маленькую пластиковую визитку. Адрес, телефон, малопонятная руническая вязь вместо фона и надпись «Клуб Теней».

- Приходи, я буду ждать, - услышал я

Подняв взгляд, никого не увидел. Я остался наедине с замершим миром. Мои часы работали, отмеряя несуществующее время, и мне ничего не оставалось кроме как ждать. Спустя несколько минут, я услышал собственный хлопок, а в грудь ударил ветер. Мир вновь ожил, и мне хотелось, чтобы произошедшее было галлюцинацией, но мои руки все еще сжимали карточку…

Агент 077 или «Чавканье на болоте»

Почему-то считается, что болота не должны иметь названий. Есть много рек, озер – и все получают от человека имя. Одно краше другого. Лишь болота обделены этим. Почему?

Ну, наверное, тот, кто попал в трясину, обнаруживает себя прыгающим по кочкам среди чахлых берез, камышей и ехидствующих лягушек совершенно неожиданно. Мысль «Я заблудился!» выгоняет из головы, долженствующей придумывать новому географическому объекту название, заставляет бегать, искать путь обратно. Печальный итог: либо человек тонет, становясь кормом для комаров, либо он удирает, не пытаясь запомнить дороги к болоту. Даже если, в этом случае,  незадачливый путешественник и придумывает болоту название (по возвращении домой), он не придет к нему больше никогда.

Гм, все это ерунда! Чего стоит организовать экспедицию в отдельный район нашей необъятной родины с целью выявления всех болот, нанесения их на карту и вручения каждому уникального имени, на худой конец, номера?

Болото Длинных Камышей, Болото имени Кого-нибудь, Болото №56-АБГ… Размечтался...

Никогда так не будет, даже не стоит надеяться. Нет у людей жесткого правила давать название ВСЕМ встреченным болотам! Нет такой необходимости. Единственная трясина, прославившаяся на всю Русь – та, в которую небезызвестный Иван Сусанин завел глупых интервентов. Жаль, что никто не хочет разыскать ее. Было бы Болото имени Ивана Сусанина Великого!

К чему я это?

Да к тому, что действие нашего рассказа будет проходить на болоте! Хотя его, как это ни прискорбно, называть не имеет смысла – к концу трясина будет безжалостно разгромлена. Уничтожена, если хотите.

Но обо всем по порядку.

В тот памятный вечер болото вело себя как обычно: испарения газов отравляли воздух и остатки без того чахлых деревьев. Где-то под слоями засохшего камыша горел торф. Такое часто случается.
Вдруг, в вечернем небе пролетел самолет. Из его десантного люка выпал человек, попытался раскрыть парашют, но не успел. Болото издало недовольный звук.

- Чавк! – сказало болото, принимая грузное тело в свои гниловатые объятья.
- Ква-ква! – высказала свое мнение маленькая лягушка, одна из более-менее живых обитателей этого места.

Парашют, накрывающий не только человека, но и изрядный кусок болота, зашевелился.

- Ква-ква, youself! Пошла прочь, зелень, чтоб тебя… - ругнулся мужик, выбираясь из воды и снимая земноводное со своей шевелюры.

Лягушка квакнула еще раз.

- Я же сказал, уйди! – уворачиваясь от настолько же могучей, насколько мокрой ручищи, «зелень» попала в клюв улетающей прочь цапли, второй из более-менее живых обитателей этого места.

Парашютист озадаченно проводил птицу взглядом.

Попытаемся описать нашего героя, то есть, того Мокрого Мужика, который не занимается пока ничем интересным: ругаясь, вылезает из воды… Итак, человек мускулист, как настоящий культурист, силен, умен, просто чемпион, работает шпионом, душит всех лимонным одеколоном…

Гм, это была рифма, причем довольно бредовая. Попробуем еще раз…

Нашего бритого качка зовут не иначе, как Гром Девиатор. По правда говоря, это так называемый "оперативный псевдоним", настоящее имя скрыто под кучей бумажек на столе в отделе бухгалтерии секретной организации. Служит он в отделе XYZ все той же организации, шпионом работает. Не по специальности, правда, Гром в детстве хотел быть мясником… Расскажу о его детстве как-нибудь в другой раз. По поводу его шпионоподготовки нареканий нет: тут и владение как приемами нестандартного ведения боя  нестандартными же средствами вооружения, так и нецензурной бранью; аналитический ум и многое другое. Есть только претензии к внешности: лицо было подозрительно квадратным, а затылок бритым. Глаза сидели близко друг к другу, острый нос сильно выделялся на фоне безмятежного выражения лица. На правой щеке был шрам, видимо, полученный в одной из множества  успешно завершенных боевых операций.

Вот Девиатор и выбрался из трясины, отстегнул парашют и качающейся поступью направился к виднеющейся неподалеку базе. Базой было трехэтажное кирпичное здание, обнесенное бетонной стеной. На ней кто-то выцарапал гвоздем: «Штирлиц-дурак!». Довольно странно видеть объект стратегического назначения на болоте. Бравый суперагент вдруг что-то вспомнил. Крякнув, он вытащил из кармана «широких штанин» пистолет, верную «берету» и, вылив, из неё болотную воду, перезарядил, едва не вывихнув челюсть, произнося это слово. Затем он погрозил вечернему небу кулаком.

- Узнаю, какая зараза меня столкнула с самолета, вернусь и разжалую до уборщика! – с безнадежной злостью произнес Гром.

Вот мы и узнали подробности «десантирования» шпиона с личного самолета Шефа. Интересно, кто бы мог столкнуть агента в болото?

Тем временем зоркий глаз Девиатора заприметил в вечернем сумраке трех мрачных охранников, охраняющих ворота в стене.

- Так-так, - усмехнулся шпион, снимая пистолет с предохранителя и прислушиваясь.

Парни вели какой-то разговор…

- Холодно, сыро, нет света… черт, мне в самом деле холодно! – вытирая ледяной пот со лба, пробормотал один из охранников.

Второй долго смотрел на своего собрата, но все ж подошел, вынимая из кармана униформы флягу и стакан.

- На, погрейся! – буркнул он.
- Не откажусь, - ответил первый, протягивая руку.

Однако стакан неожиданно разлетелся вдребезги. Один из осколков впился в ладонь второму. Охранник закричал от боли.
- В чем дело??
Зачавкал глушитель Грома. Его «берета» выплевывала свинец с удивительной точностью: на двух врагов шпион потратил всего лишь одну обойму. Через пару минут неравный поединок завершился.
- Черт, но мне все равно холодно!.. – успел пробормотать не успевший согреться, охранник, умирая.

Немногим позже жизнь оставила и второго.

«И тогда остался только один!»

Третий охранник, в отличие от своих непутевых коллег, свое дело знал хорошо.

- Чертовы алкоголики! Пьянству – бой! – сказал он, врубая на полную громкость сигнал общей тревоги.

Тем сильнее было его удивление, когда набирающая громкость сирена вдруг заглохла, а после, сопровождаемая противным свистом падающего предмета упала со столба и оглушила беднягу. Последний едва успел пробормотать подслушанное где-то ругательство: «ЩитМыйт».

А Гром, через некоторое время, убедившись в отсутствии иных противников, вспомнил, что его забросили сюда не просто так,  а с заданием. Каким – он еще не знал, так как не успел с ним ознакомиться.

Вам интересно, почему так вышло?

Дело в том, что шеф отдела XYZ, как и многие другие великие люди, обладал крайне неразборчивым почерком. С этим еще можно было как-нибудь смириться, но, увы, глава шпионов имел еще один куда более существенный недостаток – привычку писать этим самым неразборчивым почерком задания своим ребятам.

Вот и сейчас Девиатор, со вздохом разворачивая смятую бумажку, тщетно пытался понять впопыхах начирканные на ней закорючки. Во внятные слова текст упорно не складывался.

- Гм, спасти дочь шефа… Как она попала на базу?.. Убить злого гения… Как всегда… А третий пункт странный – не трогать гражданских… Шеф, откуда на базе гражданские?

В ухе агента зашуршали, или, скорее, зачавкали, помехи. Сквозь них едва прослушивался усталый голос шефа.

- Вперед, Гром, - сказал он мрачно, - Зачем ты рассуждаешь? Обычно у нас долго думаю перед тем, как что-то делать. Да и лично на тебя это не похоже.
- Не стоит беспокоиться зря, сэр, - ответил Девиатор, избавляясь от тел: топя их в болоте.

Один (третий, если кто помнит) все не хотел успокаиваться: мычал, булькал и вырывался. Правда, недолго.

- С заданием ознакомился? – риторически спросил усталый мрачный голос. Все-таки он догадывался о несовершенстве своего почерка.
- Да как сказать… - откуда шефу было знать, что Гром выбросил исписанный мелкими буквами мятый листок бумаги прямо в болото? – А почему вы такой мрачный? – задал встречный вопрос Девиатор.
- Непредвиденные обстоятельства у нас, мой шпион. Там где-то шляется Прокоп Дыматов!
- Чего-чего? – Гром слышал это имя впервые.
- Ну, этот, как его – маньяк-пиротехник, что в прошлом году новогоднюю елку поджег, из-за того, что его дети за Деда Мороза приняли и попросили так душевно: «Елочка, гори!». А он им в ответ: «Гори, гори ясно!» и облил деревце бензином…
- Бред какой-то!
- А я-то тут причем? Вы его, кстати, на следующий Новый Год пригласили?

На это Девиатор не нашел, что ответить.

- Ладно, я пошел, - сказал он.
- Будь осторожен… но мы еще встретимся! – ни с того ни с сего добавил шеф, отключаясь.

Бравый шпион пожал плечами. У каждого человека свои причуды.

Теперь Гром стоял перед высокой стеной, ограждающей здание базы от обычного болота. Недолго думая, он воспользовался мини-бензопилой фирмы «Фон Жердяй», встроенной у него в рукав, и проделал достаточное отверстие, чтобы пролезть внутрь. Когда Девиатор так и сделал, то к своему удивлению, оказался сразу в здании, минуя небольшой дворик.

- Хм, странно, - изрек супершпион, открывая первую попавшуюся дверь.
- Пусти меня, козел ты безрогий!!! – орал какой-то человек в белом плаще (а вовсе и не халате, не надо путать спецуниформу!), барахтаясь в объятьях огромного зеленого существа.
- За что? Зачем меня ты создал?! – рычал мутант.
Разбитая большая стеклянная колба указывала на его неестественное происхождение.
- Странно, монстрики какие-то, - произнес Гром, закрывая дверь, - Стоп! – он открыл ее снова, - Мутант швырнул доктора на стол и принялся его пожирать.
- Оставлю только кости! – рявкнул он.
- Ведь это тот самый злой гений,  который упоминался в задании! Вычеркиваем… - наш герой поставил в уме галочку о преждевременной кончине злого гения.

Тем временем, мутант закончил свою страшную трапезу и прыгнул на шпиона.
- Эй, зверюга, ты не гражданская случайно? – спросил Девиатор, вышибая страшиле мозги метким выстрелом пистолета.

Кости гения-неудачника жутко белели на столе.

- Потом разберемся! – решил Супершпион и пошел дальше.

Гром передвигался по коридору короткими перебежками, стараясь не попадаться на окуляры камер слежения, которыми оный коридор был уставлен от начала и до конца.

Приборы бессильно жужжали, не в силах тягаться с ловкостью шпиона.

Внезапно соседняя с Девиатором стена обрушилась. В вихре раскрошившейся штукатурке и обломках стены, весь в бензиновых пятнах, испускающий непередаваемый аромат, из дыры вылез Прокоп Дыматов собственной персоной. Чтобы скрыть свое лицо, он нацепил дешевую маску Микки Мауса, но даже сквозь нее просвечивались безумные глаза экстремиста. Фигура нового действующего лица была коренастой, но низкорослой.

- Наконец-то я нашел тебя, Гром Девиатор! – завопил маньяк, пытаясь заключить шпиона в объятья.
- Поосторожней, коллега, - отстранился Гром. Он не питал доверия к этому странному типу и поэтому вел себя осторожно, как и полагается профессионалу его дела.
- Да, я твой коллега, - тщетно пытаясь принять официальный вид, произнес Прокоп, - Вот только организация у меня посерьезней.
- В смысле? – наш герой впервые слышал, что существует иная, более серьезная организация, чем Высокая Ассоциация Шпионов, в частности, отдел XYZ.
- Да в прямом! Гром, как же ты до сих пор не понял, что тебя медленно, но верно ведут к чему-то очень плохому! Мне поручено спасти тебя от Зла!
- Ты, это, спасать спасай, но мне еще дочурку шефа спасать надо, - Девиатор твердо решил, что никакие маньяки не помешают ему выполнить задание.
- Дочь шефа? – Дыматов на миг задумался, - Ладно, она тут ни при чем, - Вдруг, его голос стал мягче, - А она хорошенькая?
- О внешнем виде шеф не распространялся, но, судя по его рассказам, она просто… э-э-э… Характер тяжелый имеет, - осторожно поправился Гром.

В его голову давно был вживлен передатчик, и нет гарантии, что начальник не контролирует их разговор.

Прокоп поправил висящий на плече огнемет.

- Ничего, я тоже не сахар. Пойдем спасать. И ее, и тебя, и нас всех…

Крутые парни продолжили свой путь вместе. Прокоп уверенно вел Девиатора за собой. Обоих компаньонов крайне удивляло отсутствие охраны. Супершпион высказал обеспокоенность по этому поводу.

- Да, мне это тоже не нравится, - Дыматов проверил бензобак своей чудовищной пушки, - Нам, наверное, гадость большую готовят.

В разговорах мужики пересекли значительную часть базы. Похоже, пироманьяк знал план базы намного лучше Грома. Прокоп остановился перед большой стальной дверью. Она была вся опоясана цепями, и на ней белела табличка: «Не входить! Черный Барнанд».

- Черный Барнанд – это кто? – спросил Дыматов ошарашено.
- Во всяком случае, не дочь шефа, - решил Гром, - У нее волосы какого-то другого цвета.

Прокоп поморщился.

- И она другого пола! – буркнул он, - Как будем освобождать?
- Придумай! – попросил шпион.

Его пила, встроенная в часы, была здесь бессильна.

- Уже! – не дожидаясь одобрения Девиатора, маньяк заложил под дверь мину с дистанционным взрывателем. – Слегка не мой калибр, никогда не был дверником, но сойдет! – крикнул он, убегая дальше по коридору.

За ним, ругаясь, несся Гром.

Немного позже прогремел оглушительный взрыв. С потолка посыпался мусор, а когда клубы дыма и пыли рассеялись, в искореженном миной дверном проеме появилось новое действующее лицо – вздорная девица лет шестнадцати. Ее волосы и ресницы были окрашены в ядовито-фиолетовый цвет, а из одежды имелся лишь обтягивающий комбинезон, подчеркивающий точеную фигуру. Однако в поведении дамы таких же красивых и изящных черт не оказалось.

- Вы что, совсем с катушек съехали?? – завизжала она, - Кто так тупо спасает??
- Разрешите представиться, Прокоп Дыматов! – поклонился маньяк, - А это супершпион и мой коллега, Гром Девиатор.

Тут поклонился и наш герой – этикет был одним из предметов в школе шпионов. Хоть и факультативный. К тому же, не поклониться такой красивой девушке – дурной тон, это вам любой скажет.

- Да? – сказала девица совсем другим голосом.
Прокоп смутился.
- Скажите, как вас зовут? – спросил он.
- Вика, - ответила ему дочь шефа, преисполняясь теплых чувств к пиротехнику. Пусть Дыматов был грязен, небрит и неумыт, но…

Но тут мобильник заиграл «Брибумер».  Шеф не захотел прибегать к ненадежной связи через вживленный Грому в голову передатчик.

- Поднимись на третий этаж в комнату 302, - на этот раз начальник был краток.
- Я наверх, а вы побудьте здесь, - распорядился Девиатор, обращаясь к Вике и Прокопу.

Кто бы его слушал…

Итак, наш бравый шпион успешно завершал свое задание, идя на доклад к шефу. Но слова Прокопа не Дыматова не выходили у него из головы. Более серьезная организация, предупреждение об опасности… и по-прежнему полное отсутствие охраны крайне настораживали бывалого агента. Его терзали смутные подозрения о личности шефа, предчувствие готовящейся гадости и нечто неуловимое, но вполне ощутимое для любого человека, познавшего суровые трудовые будни.

Наверное, это был запах пота.

Девиатор настолько задумался, что уложил двух культуристов, чемпионов мира по тайскому боксу, предлагавших шпиону честный рукопашный бой, из «береты», даже не посмотрев на них… Лишь позже наш герой очнулся и вернулся к двери, которую охраняли бедолаги – это была искомая комната 302. Гром открыл дверь и, к своему удивлению, увидел сидящего на столе шефа. Он швырял дротики в портрет своего лучшего агента, приклеенный к двери.

- Чем это вы здесь занимаетесь, тов. начальник?? – удивился шпион, подходя ближе.
- Наконец-то! – проигнорировав его вопрос, обрадовался шеф, оставляя свое увлекательное занятие, - Ребята!..

Раздался звук перезаряжаемых автоматов. Оглянувшись, Гром увидел, что комната битком набита солдатами. На плечах у них была нашивка в виде воздушного змея – это означало, что Девиатору посчастливилось увидеть личную гвардию шефа.

- Так вот вы где!.. – озадаченно произнес супершпион, не делая попыток достать оружие и всех перебить к чертям, - И что, теперь меня убьют?
- Зачем же? Вместо этого я расскажу тебе всю правду о твоем отце, - шеф шумно высморкался, -  Я твой отец.
- Ну и враньё! – отец Грома на самом деле был жив, но жил в России.

Выяснять, почему семья распалась, нужно не здесь, а в программе «Окна».

После слов Девиатора шеф скис.

- Черт, обычно это срабатывало! – буркнул он себе под нос, - Придется действовать другими методами. Вяжите его, ребятки! – скомандовал он двум ближайшим солдатикам. Те подскочили к Грому и довольно профессионально заломили ему руки за спину.
- Да, тебя не проведешь! – хихикнул лживый босс, - Ты стал моим лучшим агентом… и даже немного поумнел со времен нашей последней встречи. Но, увы, для тебя, недостаточно.
- О чем ты, злыдень? – не выдержал Гром, забыв о страсти его бывшего шефа к длинным речам.

Шеф затрясся от гнева, из-за того, что его прервали. Он подскочил к экрану, висевшему на стене и, промучавшись с минуту над пультом управления, вывел на экран изображение карты мира. И тут, и там, на основных столицах Земли, мерцали алые кресты.

- Вспомни свои задания, Девиатор, - сообщил шеф, немного успокоившись, - Ты добыл для меня самое разрушительное оружие мира, ни о чем не догадываясь!

Гром и в самом деле вспомнил свои успешно завершенные миссии по похищению самых ужасных вещей: ядерная ракета была среди них детским фейерверком. Но…
- Гнусно затевать мировую войну, прикрываясь операцией по всеобщему разоружению и привлекать на свою темную сторону честных людей! – разозлился Гром, но сам того не заметив, выдал длинную тираду в стиле его начальника.

- Может, ты мне помешаешь? – снова рассмеялся шеф, - Мне достаточно нажать на эту кнопку и…
«Настало время действовать», - подумал Девиатор. Все-таки он оставался супершпионом. Могучим усилием агент XYZ опрокинул сдерживающих его прихвостней шефа и прыгнул к своему бывшему начальнику. Через секунду он уже держал пульт управления оружием в руке, нащупывая кнопку «самоуничтожение», а враг судорожно хрипел, потому что Гром крепко держал его за шею.
- Не двигаться, или мы убьем тебя! – закричали солдаты.
- Да ну вас! Лучше сами не двигайтесь, или я убью вашего шефа! – парировал Девиатор.
- Не нужен нам твой шеф! - получил он в ответ

Что-о-о-о??

- Ну и ладно! – несколько опешив от такой реакции на его слова, агент прыгнул в окно.

Со второго этажа раздался зычный голос Прокопа Дыматова и его новой подружки.

- Нас подожди! – кричали они.

Вдогонку за Громом из окна выпрыгнул маньяк, на котором летела дочь шефа-злодея.

Раздался знакомый звук чавканья, когда вся эта орава рухнула в болото и подняла фонтан брызг. Потом Девиатор отряхнулся. Прокоп выплюнул зеленую воду. Вика сняла с фиолетовых волос лягушку. Лягушка печально квакнула. Затем Гром нажал на кнопку и взорвал базу.

Вековая трясина зашаталась, когда откуда-то из недр земли вырвалось всепоглощающее пламя. Но, к счастью, силовое поле базы сдержало львиную долю обрушившегося на болото жара. Правда, и его остатков оказалось достаточно для того, чтобы испарить почти весь бедный водоем. Наконец, поле не выдержало, исчезло с громким хлопком, и тогда база разлетелась обломками горящего металла и бетона.

- Красиво… - произнесла чумазая девица.

Не менее чумазые (чтобы спасти друзей от огненной гибели, супершпион окунул их в болото с головой) Дыматов с Девиатором кивнули, хотя Гром за годы службы видел и не такое.

- Мадам, вас, как дочь мирового злодея, я обязан арестовать, - со вздохом произнес агент.
- Кто тебе брякнул, что я дочь Кейна?? – возмутилась Вика, - Да я вообще не мадам!
- Тихо-тихо, - зажал ей рот Дыматов, - Да, она не дочь твоего шефа, - зачем-то маньяк подчеркнул слова «она» и «дочь», - Тебя опять обманули.
- Ну, Кейн, ну зараза! – за все время своей работы Гром узнал имя своего начальника только сегодня, когда его уже не стало.

Так и пришел конец Великой Трясине, ставшей очевидицей таких необычных событий. Но опять ей не удалось получить имя… Может, быть, в следующий раз?..
Тем временем, Гром Девиатор, отряхнулся, осмотрел дело рук своих, откинул бесполезный теперь уже пульт и изрек, ни к кому не обращаясь:

- Черт с ним, болотом! Задание выполнено!

Эх, Гром, не ценишь ты труда природы. А по поводу задания – погорячился ты: действительно выполненным оно будет только после возвращения всех «участников шпионских действий» домой…  Хм, попробуйте это сделать, заблудившись в окрестностях уничтоженного болота!


No One Lives Forever 2 - Japan Theme

Друзья

Среди этих мятых  листов, исписанных истлевшим карандашом и поплывшими чернилами был откопан и этот кусочек летописи Мира.

*  *  *  

О милостивый Создатель! На дворе фэнтезийное средневековье, а я - феодал, владелец скромной деревушки в чистом поле да родового замка на холме. Ютиться мне на задворках Мира еще невесть сколько, если я не одолею супостата своего - лорда... А черт с ним, незачем называть его имя, пусть будет "Лорд С"!

Так вот, Лорд А щедр на протыкание врагов своих зачарованной шпагой, но тем не менее утром прислал мне гонца с головой моего, того, что я сам послал ему вечером с предложением сдаться уже или приехать на юбилей нашего с ним противостояния. Что характерно о том юбилее он и сам не забыл, ибо с головой гонца он свою шпагу-то и прислал. Рад бы я был вернуть ему подарок прямо в сердце, да гипсовую прислал он ерунду. Издевается? Подлость готовит?

Чтобы успокоиться, и обдумать ответный ход, я сбегал в подвал. Отец перед смертью завещал: "Через триста лет наши вина на вес золота будут - храни - будущий раритет!", с таким завещанием душа моя призраком-алкоголиком после смерти станет... А я ведь не такой, я испытатель по натуре. Вчера вот воздействие пяти сортов вина на свой организм испытывал. Наверное именно поэтому моя деревенька из трех домов мне городом кажется.

Отхлебнув медленно тающих запасов вина, я наконец, придумал план. Ничего, найдутся и в моих трущобах мастера супероружия. Которые построят достойный ответ Лорду С, который опрокинет его проклятую башню. Из-за нее-то у лорда замок выше, чем у меня. А ведь другом раньше был, но как связался с дурной компанией учителей в университете своем, так что спился. Нынче и не соберешься к нему без отряда асасинов в телеге с сеном. Сложно стало общаться, пришлось на вражду отношения перенести.

Найти моих гастарбайтеров-техников всегда проще пареной репы: они ведь у себя дома живут. Собрал я их вместо за круглым столом и... нет, я не Артур, хотя имя у меня тоже на А начинается...

- Тут такое дело, - молвил я, окидывая взглядом разной степени небритости инженеров, - видел я в каталоге оружия, что паренек принес вчера одну штуку...
- Какой паренек? - спросил Иванас, главный супервайзер, значит, над техниками и менеджер во флаконе одном, - Которого ты, барин, сжег вчера?
- Нет! - помощился я, припоминая, - тот вообще женщиной был. Другой. Ему я голову отрубил.
- А-а-а-а, - протянули все хором.

Я вздохнул.

- Ну вот, смотрите, - показал я им свой рисунок сажей на широкой ладони, - Это, вроде, камнеметатель. Машина такая.
- На колодезный журавль похоже, барин, - пытаясь разобрать мои каракули, пробормотал Иванас
- Не барин я, а Лорд. А теперь - пей! - приказал я, доставая свободной рукой бутыль.
- Не, барин, не положено же, перед работой...
- Я не барин. Пей.

Иванас и остальные отхлебнули экспериментально-испытательной настойки. У меня даже головная боль прошла от вида их не уважающих мой напиток физиономий.

- Мой лорд?! - с классическим акцентом обратился ко мне Иванас, отдышавшись.

Другое дело. Я снова показал ладонь.

- Да, сэр! Сэр, есть, сэр! - последовал хоровой ответ.
- Тааак, отлично, теперь говори, сколько надо дерева, камня, золота... И... э-э-э... кристаллов, ртути, самоцветов и серы, - потребовал я
- Что? Мой лорд опять пользовал непонятный чемоданчик, подаренный ему Создателем?
- Откуда знаешь? - разгневался я, - За работу!

Ох и нудное это занятие - за стройкой наблюдать. Суетятся как пчелки эти рабочие: что-то тащат, молотками стучат, сверлят, сваривают, а склад мой все пустеет...

- Принимай работу, барин, - неожиданно раздалось из-за спины.

Я выронил стакан с самым странным и распространенным вином из отцовского погреба - прозрачным - и гневно уставился на Иванаса. Смеется надо мной, гад! Все же мне пришлось спуститься со своего насеста и узреть то, что наделали мои работнички - кошмарное нагромождение шестеренок и рычагов с огромным ковшом сзади.

- Что это за богохульство?! Где кнопки? - брякнул я невпопад
- Зачем кнопки, ба... - Иванас увернулся от в него брошенной бутылки с прозрачным вином, - Лорд, лорд! Смотрите, вот они рычажки: азимут, угол, сила натяжения...
- Не грузи меня своими тремя классами образования! Сам настрой, а я уже дерну вот этот рычаг - он больше всех поход на пусковой, - отмахнулся я
- А настраивать-то куда, барин?
- Сам будто не знаешь!

Прошло несколько тоскливых минут, пока несуразная конструкция скрипела и стонала, медленно поворачиваясь в сторону замка Лорда С. За это время я успел несколько раз помянуть Создателя и смазку, о существовании которых эти неотесанные деревенщины явно не подозревали.

- Готово! - оторвал меня от сочинения ругательств Иванас.

Я дернул за какую-то торчащую из машины палку, видимо, угадав - камень метко полетел в сторону замка моего недруга. Но ровно на середине разделяющего наши владения поля, ровно над той чертой, что десять лет назад мы провели, столкнулся с совершенно таким же камнем, пущенным с известно какой противоположной стороны! Вот же!..

- Ух, едва успели, - выдохнул Иванас.

Рабочие за его спиной принялись шумно обсуждать случившееся. Я успел выхватить из их галдежа слова "экстремальное строительство", "паттерны" и "рефакторинг", прежде чем принял решение.

- Эх, видимо мы с Лордом С все еще мыслим одинаково... Ну все, хватит с меня, иду к нему в гости! Все равно он утром приглашал, - быстрым шагом я направился за стены феодальных владений.
- Мой лорд! - взволнованно вскрикнул Иванас, позабыв своего обычного "барина", - Как же вы там один? А гвардия? А мы?!

Я снисходительно ухмыльнулся.

- Дубина, что бы ты понимал! Зачем мне вы, эта гвардия?.. Я своего друга знал еще когда мы вместе под табурет пешком ходили, неужели ты думаешь, что мы и впрямь... - затем я призадумался, - Значит так, в мое отсутствие по подвалам не шастать! Без спецоборудования все равно далеко не уйдете!
- Какого такого спецоборудования? - удивился Иванас
- Меня! - отрезал я, твердо двигаясь дальше, - Эй, Иванас, - обернулся я, - Поищи у меня в кабинете планы замков: моего и Лорда С, поищи различия на чертежах. Может замки одинаковые? Или мой шире, а его уже? Ну в общем, сравни!

Иванас кивнул, но никуда не пошел, а завороженно продолжал смотреть на мою фигуру, высвечиваемую вечерним заходящим солнцем. Я махнул на него рукой. Сам разберусь. Как обычно.
Впереди, на столкнувшихся камнях, криво улыбаясь, стоял Лорд С.
Что было в прошлом, что было в настоящем? Вражда или игра? Все, что было написано об этом уже неправда, а так, сказки - летописцев баловать...

*  *  *  

Алиса - Веретено